Культурная линия заключалась в противопоставлении буржуазному и марксистскому материализму особого религиозного "народного" идеализма "фелькиш".

Этот идеализм рассматривал "народ" (das Volk) как целостный организм божественного происхождения, отличающийся особыми физическими (расовыми), духовными и ментальными характеристиками. "Немецкая Революция" должна, согласно Штрассеру, создать или воссоздать такие "формы", который точно соответствовали бы внутренней природе народа в сфере политики, экономики и культуры. В экономике это означало "наследование земельных участков крестьянами без права продажи". В политической области — самоуправление народа в профессиональных секторах и сословиях (ремесленники имеют свой орган самоуправления, крестьяне — свой и т.д.). В культуре — "немецкую религиозность".

Основой идеализма "фелькиш" был "принцип любви" в лоне народа (Volk), так как каждый должен видеть в ближнем единство духовного организма, общие черты. Этот "принцип национальной любви" должен стать определяющим для всего социального и государственного устройства.

Идеализм "фелькиш" предполагал отрицание классовой борьбы в рамках одного и того же народа. Вместо этого утверждалась идея "народной революции", общей для рабочих, крестьян и средних классов. Жертвами такой революции должна была оказаться только крайне незначительная прослойка угнетателей и эксплуататоров. Далее предполагалась общенациональная солидарность. Любые конфликты между немцами внутри нации строго осуждались. Штрассер предлагал создать единый Фронт на базе экстремистских партий и профсоюзов против иерархии, бюрократии и системы. Такой "народный идеализм" предполагал установление "немецкого социализма".

Штрассеровская социалистическая программа предполагала следующие меры:

— (частичная) национализация земли и средств производства;
— соучастие трудящихся в прибыли предприятия;
— установление плановой экономики;
— экономическая автаркия;
— государственная монополия на внешнюю торговлю.

"Немецкий социализм" противопоставлялся как либерализму, так и марксизму. Штрассер в отличие от Гитлера считал Маркса выдающимся мыслителем, давшим совершенно адекватный анализ периода дикого капитализма. Штрассер признавал объективность экономического анализа Маркса и справедливость оценки Лениным феномена империализма. Однако Штрассер отказывался от материалистического подхода к истории (особенно предкапиталистического периода) в марксизме, не признавал его утопической и атеистической стороны. Штрассер видел в марксизме следы либерального мышления, восходящего к идее "общественного договора" Руссо.

Штрассер считал, что из марксизма следует вычесть идею "диктатуры пролетариата", "утопический коммунизм" и "пролетарский интернационализм". Вместо этого Германия должна построить особый немецкий социализм, основанный на солидарности всей нации, справедливости и народном единстве.

"Немецкий социализм" считал необходимым сочетать личную ответственность, независимость и творческую свободу с чувством принадлежности единой общине, к трудовому рабоче-крестьянскому и производительному коллективу. Штрассер, как и Эрнст Юнгер, грезил о новом типе личности — о "Труженике". Но при этом Штрассеру был особенно близок "Крестьянин", "крестьянский интеллектуал", "крестьянский труженик", "крестьянский солдат". Только в крестьянине, по мнению Штрассера, сохранился народный коллективный дух, утраченный на фабриках, у городского населения, в промышленном обществе. По некоторым аспектам идеи Штрассера очень близки к концепциям китайской культурной революции или теориям "красных кхмеров". Штрассер хотел организовать немецкое общество вокруг фигуры "Крестьянина". Чтобы добиться этого, Штрассер считал необходимым перераспределить пахотные земли, освоить восточные сельскохозяйственные территории, рассредоточить крупные промышленные комплексы равномерно по всей стране, чтобы смог возникнуть смешанный рабоче-крестьянский тип. Это был своего рода "аграрный экстремизм". Всем этим реформам должен был сопутствовать спартанский стиль жизни, полная хозяйственная автаркия каждого гражданина, всегда обеспеченного минимумом жизненных благ.