Меня постоянно не оставляет ощущение, что в масштабах России идет некое глобальное противостояние между "уродами" и людьми. Побеждают, естественно, "уроды". У "уродов" есть деньги, связи, должности, алчность, корпоративная сплоченность. Не то, чтобы "уроды" особенно ненавидели людей, просто в силу своей объективной паразитарной сущности "уроды" испытывают потребность людей "пожирать", то есть всяческими притеснять и мучить. Просто в силу неизбежных законов природы, по которому сильный притесняет слабого.

Само по себе появление "уродов" связано с естественным разложением и окончательной моральной деградацией советской номенклатуры, плавно перетекшей, после краха Союза, в правящий слой новой России. Само собой, что все внутренние связи постсоветской номенклатуры были сохранены и в итоге мы получили самую натуральную "корпорацию уродов", которую невозможно разрушить ни "вертикалью власти", ни антикоррупционными кампаниями. "Уроды" основа режима и от этого никуда не деться, но они же и его могильщики. Известный патриотический писатель Максим Калашников в своей книге  "Война с Големом" блестяще их охарактеризовал: "Давно пора понять, что нынешние вельможи представляют собой гнусную породу мародеров, сделавших состояния и возвысившихся на примитивном грабеже и присвоении чужого. Все, что они умеют, - это "пилить" бюджет, высасывать средства из построенных в СССР предприятий и гонять их на износ. Когда я наблюдаю сию "элиту", мне в башку упорно лезет образ хвостатых вонючих обезьян-бандерлогов, бегающих среди величественных руин покинутого людьми города. Мартышки восседают во дворцах и храмах, пялят на себя людские регалии и одежды, объявляют себя самыми умными и сильными, но все равно остаются лишь четверорукими животными".

Объективным следствие деятельности "уродов" является постоянное воспроизводство несправедливости. Это очень хорошо наблюдать на примере различных судебных процессов, как самых ярких примеров вопиющего беззакония. Надеюсь, что никому не надо доказывать, что, несмотря на декларированную в Конституции независимость судебной власти, по факту она таковой не является. Зависимость судов от административного влияния (т.н. "телефонное право") досталась России еще в наследство от советских времен. И бросьте камень в тех, кто утверждает, что "органы исполнительной, законодательной и судебной власти самостоятельны и независимы друг от друга" (статья 10 Конституции РФ), на самом деле никто в это не верит. Власть у нас – это нечто единое и неделимое. По факту, "корпорация уродов" это есть сейчас самая, что ни на есть реальная власть в России. Но речь не только об этом.

2006 год, наряду с подъемом гражданского протеста ("Дело Щербинского", "Байкальское движение" как наиболее яркие примеры массовой активности граждан), стал годом, в котором начали набирать обороты несправедливые судебные действия. Причем как по инерционным мотивам (тот же процесс над Щербинским, готовящаяся судебная расправа над Ульманом и Аракчеевым), так и по политическим. В последнем случае жертвами часто оказывались члены лимоновской НБП.

В отличие от "политических процессов" несправедливый суд над невинными людьми выглядит куда более как отвратительно, потому что тут имеет место быть банальное "раздавливание" нечаянно угодившего под каток оседланного "уродами" государственного механизма обычного человека без связей, без больших денег, без поддержки СМИ и политических структур. Ведь в случаях судов над "политическими" имеет место пусть и неравное, но противостояние субъектов. И то, что "дело Щербинского", "дело Иванниковой", "Дело Ульмана", "дело Аракчеева" вышли на широкий информационный простор свидетельствует о том, что общество это остро чувствует и понимает.

За якобы имевшее место "избиение" сотрудников милиции (вы можете в это поверить?) были осуждены руководитель алтайской организации НБП Колесников и лимоновский активист в Москве Васильев. В обоих случаях суд определил им самый мягкий вид исправительного учреждения – колонию-поселение, но сути дела это не меняет. Да тот же приговор по "делу альпинистов" и вовсе заставляет усомниться в дееспособности его заказчиков. А если вспомнить недавний приговор в два года колонии за невинную статью в газете для челябинских национал-большевиков Назарова и Герасимова, то становится просто страшно от осознания факта, что за тобой как в старые-недобрые тридцатые в любой момент может приехать "черный воронок" в виде милицейской машины со следователями, имеющими на руках ордер на обыск и задержание. Впрочем, в свете логики "уродов" в этом нет ничего необычного – граждане имеют право возмущаться только на кухне. Как в советское время. Сознание определяет бытие. Самые отвратительные стороны советского режима постепенно обретают свою вторую жизнь. Уже мало кто сомневается, что политическое выражение "корпорации уродов" партия "Единая Россия" является банальной реинкарнацией КПСС.

Возникает вопрос: кем для общества станут (и уже стали) жертвы несправедливых приговоров? Ответ очевиден – только мучениками. Пускай не для всего общества, а только для его части разделяющей оппозиционные настроения и имеющей хоть какие-то моральные принципы. Но ведь эта часть общества постоянно увеличивается. И пускай сегодня человек просто не любил правительство и бойкотировал голосование, то завтра, видя как в тюрьмы кидают близких ему по взглядам или положению невинных людей, он выйдет на митинги в их защиту, а послезавтра вступит в какую-нибудь оппозиционную партию. Народ наш уже серьезно устал терпеть несправедливость и если он не выражает свой протест публично, то это не значит, что он не протестует где-нибудь на кухнях и в курилках. А в семье или коллективе, насыщенном духом неприятия правительства всегда найдется кто-нибудь, кто захочет уже реальной борьбы. Как правило, этим "кто-то" оказывается самый молодой. "Мученики режима" для него в этом случае будут только образцом для подражания. Вот вам и готовое массовое пополнение оппозиционных молодежных движений (да что я говорю, уже те же нашисты начинают понимать что для "корпорации уродов" они просто андроиды и некоторых это приводит в ярость). И это только одна сторона проблемы. Другая заключается в том, что арест активиста оппозиции и несправедливый приговор по отношению к нему только сплачивает и озлобляет то сообщество к которому тот принадлежит. Механизм запугивания и устрашения тут уже просто перестает работать – люди автоматически перенастраиваются на самую жесткую и бескомпромиссную борьбу с режимом. Очевидно, что кидая активистов оппозиции в тюрьмы власть делает себе только хуже. После конференции "Другая Россия" Запад стал более пристально наблюдать за внутриполитическими процессами в России и наличие в стране массы политических заключенных имиджа нашей "элите" не прибавит. Скорее наоборот.

После недавних событий выявилась еще одна интересная черта "корпорации". Оказывается, сама по себе психология мародеров у современной "элиты" объективно сближает ее с организованной этнической преступностью, которые занимаются практически тем же, что и "корпорация", а именно – грабят и разворовывают страну. Только если "корпорация уродов" делает это на более глобальном, государственном уровне, то этнические ОПГ удовлетворяются местечковым уровнем. Это как две стороны одной монеты. Вот поэтому в случае этнических конфликтов наподобие Сальска, Харагуна, Кондопоги и многих-многих других русские оказываются заведомо неправы и массово отправляются в тюрьмы только за то, что хоть как-то пытались восстановить справедливость. Мы тут наблюдаем своеобразную пирамиду, вершину которой образует "корпорация уродов", а основу составляют этнические ОПГ и примыкающие к ним "крышеватели" из "правоохранительных органов". И во многих случаях они очень тесно связаны.

Этнические ОПГ могут конфликтовать друг с другом по своим внутренним кланово-тейповым причинам, но в конфликте с русским населением они будут действовать сообща. Кланы и группировки "корпорации" тоже конфликтуют друг с другом (что, в принципе, и составляет суть российской политики): "силовики" против "либералов", тандем этих против тандема тех, группировка одних против группировки других. Но в вопросе отношения к населению и непримиримой оппозиции их позиция будет практически всегда едина.